В своих заметках мой дед сравнивал группу «The Doors» с советскими рокерами по одной общей черте – текстоцентризм. Как и у музыкантов какого-нибудь Ленинградского рок-клуба, у Дверей главным в песнях было слово. Почти все песни Моррисона – странные и печальные тексты о конце любви, конце жизни, конце всего. Он как попаданец из другого мира – мира героев, полубогов и вечных конфликтов. Будто у него не закрытый гештальт, и при этом открытые двери в наш мир. Ведь сам Джим говорил так:
«Я предлагаю вам образы – я напоминаю о свободе, которую ещё не поздно обрести … мы можем только открыть двери, мы не можем затащить вас в них. Я не могу освободить людей, пока они сами не захотят больше всего на свете стать свободными… Чтобы попасть на ту сторону, человек должен быть готов распрощаться со всем, чему его научили, со всей этой интеллектуальной чушью, промыванием мозгов. Но большинство людей боится этого…»