Что же такого уникального было в Нирване? Ведь кроме них гранж-сцену в то же время двигали ещё несколько сильных групп. Кобейн петь не умел, а только надрывно кричал, вкрапляя немного от йодля. Музыка была как у всех, только барабанщик легендарный попался. Но вряд ли из-за него. Понятно, что песни Курта, его поведение и высказывания находили свою аудиторию, а была она очень большой, и до сих пор не перестаёт расти. И ему повезло в какой-то момент до этой аудитории докричаться. И что же это значит? Что таких отчуждённых и непонятых потенциальных Куртов Кобейнов на самом деле множество, и всё же он был как все? Дед говорил, что каждый человек, рожается для того, чтобы совершить Чудо. И Чудо – это реализация того, что в тебе есть от рождения, как вырастить из семени дерево. И в этом смысле, получается, что Курт – как все. Но когда он увидел, что многие, очень многие, хоть и слышат его и внемлют ему, нифига не делают для выращивания своего собственного Чуда, он понял – вот в этом и не все. Склонность к меланхолии всё погубила и сам себя Кобейн спасать не решился. Или не решил…